Pauline Anna Strom – Angel Tears In Sunlight, 2021 [Rvng Intl. – RVNGNL69]
Angel Tears in Sunlight - первый альбом Полины Анны Стром за более чем тридцать лет; собрание музыки, которое преломляет обширность и мелочи воображаемых сфер, одновременно охватывая калейдоскопические отголоски наших далеких эпох. «Слезы ангела в солнечном свете», записанные в том же доме в Сан-Франциско, где зародились ее ранние работы, возвышают таинственный, мастерский синтез музыки и машины Стром и открывают еще один портал к транспортной силе и исцеляющему потенциалу ее работ.
Вы можете найти много других ее релизов в поиске по блогу
Очередной совершенно гениальный опус от музыканта, чьему имени посвящено у нас немало слов восхищения. Вы можете почитать о нём подробнее по ссылке: https://librarymus.blogspot.com/search?q=Wovette
Альбом продолжает все наилучшие и запоминающиеся мгновенно традиции музыканта: дикая и безудержная полиритмия, нагромождение слоёв синтетических партий, обилие сэмплов-вставок для поддержания, и гитарные партии, иногда, появляющиеся то тут, то там, для лишнего интереса.
Gregory Jones (3) & Roy Sablosky – No Imagination,1980 [Vinyl Records – VR 1001]
Cерж Черепнин был на факультете в калартах с начала 70-х годов до тех пор, пока он не уехал в Сан-Франциско, чтобы основать свою компанию в 1975 году. Я полагаю, что он пожертвовал один из своих инструментов своей альма-матер, что в конечном итоге привело к г-ну. Саблоски и Джонс здесь (оба студенты Мортона Субботника) регистрируют время на указанном аппарате, которое они использовали, чтобы сделать этот удивительно предсказуемый набор произведений полностью для «электроники» (с одним заметным исключением ...)
альбом открывается просторным / безмятежным «без луны, без зеркала», странным образом напоминающим что-то из пост-десктоп музыки / max msp, сделанное только в конце 70-х годов и в реальном времени с вышеупомянутым модульным мега-зверем... но оттуда мы перенаправлены на 180o к «intro (названия лета)»; 16-минутный взрыв кислой гитары / гитары с обратной связью и монотонного монолога, поврежденного искусством (едва слышен над шумом!) - изобилует небольшим количеством психо-акустических помех линии Элвина-Люсье (тон обратной связи, кажется, «играет» другая гитара, лежащая в пространстве до того, как ее подняли, и злобно бренчали до бесконечности для большей части произведения - художественная школа, переиздавающая «металлическую машинную музыку» Лу Рида, которую нужно испытать, чтобы поверить!
с другой стороны, мы обращаемся к «отвлеченным во Франкфурт» - 9 неустанных минут 12-кратного наложения действия прямоугольной волны переменной ширины (удивительно захватывающим!), прежде чем эпическое 16-минутное «вынужденное» излагает несколько серьезно хрустящих жареный компри-скри, который извергается в безумие силовой электроники аля Филиппа Беста - ранний материал «Бытовая электроника» (хотя и за несколько лет до этого!)
это определенно для толпы, любящей арт-шум ... отличное сочетание академической электронной "концепции" и зазубренного молодежного шума!
Various – Unusual Sounds: The Hidden History Of Library Music, 2019 [Anthology Recordings – ARC063]
В период расцвета низкобюджетного телевидения и режиссуры жанрового кино продюсеры, которым нужен был саундтрек для их коммерческих развлечений, могли найти выбор библиотечной музыки: пластинки звукозаписывающих записей, содержание которых соответствует любому настроению.
Необычные звуки - это глубокое погружение в музыкальную вселенную, которая до сих пор была доступна только продюсерам и коллекционерам; празднование этой странной индустрии и исследование ее уникального места на стыке искусства и коммерции.
Идеальный компаньон для курируемой книги Дэвида Холландера «Необычные звуки: скрытая история библиотечной музыки» (которая теперь выходит в изданиях по антологии), эти 20 треков заключают в себе нишу и захватывающую субкультуру библиотечной музыки. Жанры были объединены, условности обойдены, и часто создавалась гибридная музыка удивительной сложности. Элементы рок, джаз, соул, даже авангардная композиция двадцатого века были использованы, и ни один камень не остался в живых. В результате, некоторые из лучших библиотечных музыкальных произведений не поддаются классификации, отражая индивидуальные причуды и артистичность разных музыкантов, которые сделали это.
Robert Bearns & Ron Dexter – The Golden Voyage Vol. One, 1977 [Awakening Productions – GV1]
Серия The Golden Voyage создана и написана командой композиторов Робертом Бирном и Роном Декстером. Они реализовали Изотоническую, Нео-Классическую смесь природных и других окружающих звуков, оркестрованных в деликатно тканный гобелен классических гитар, флейт, французских горнов, пианино, стрингс, вибрафона, и синтезатора.
The Golden Voyage экспериенс галактического исследования сквозь звездные гармонии. Это проявляет тотально новый, уникальный концепт в стереофонических звуковых частотах.
Музыка имеет безвременное качество с сильным универсальным оттенком. Это очень персональный опыт и его лучше всего воспринимать через наушники, дабы услышать все интригующие его аспекты.
Gershon Kingsley – Music To Moog By, 1969 [Audio Fidelity – AFSD 6226]
Гершон Кингсли
Настоящее имя: Гётц Густав Ксински. Немецкий американец (немецко-еврейского происхождение), родился 28 октября 1922 года в Бохуме, Германия. Он является пионером в области электронной музыки и освоения синтезатора Moog.
Music to Moog by - первый сольный его альбом после участия в дуэте с не менее знаменитым французским электронщиком Жаном-Жаком Перре (Jean-Jacques Perrey).
Главной композицией альбома, бесспорно, является ныне уже легендарная электронная тема Pop Corn, ставшая через пару лет, правда в исполнении Hot Butter, хитом в многих странах по всему миру. Pop Corn - первое музыкальное произведение, сыгранное исключительно на синтезаторах, обретшее мировую популярность.
Альбом - бесспорная выдержка отличных сверхинтересных и заводных композиций, слушать которые никогда не надоест, как любые шлягеры. В свою очередь, помимо Pop Corn, хотелось бы отметить совершенно необычное исполнение For Alisse Beethoven.
Jean Jacques Perrey – The Amazing New Electronic Pop Sound Of Jean Jacques Perrey, 1968 [Vanguard – VSD-79286]
Жан-Жак Перри (родился 20 января 1929 года, Франция - умер 4 ноября 2016 года, Швейцария) был французским электронным музыкантом, композитором и пионером в жанре электронной музыки.
Он изучал медицину в Париже, когда познакомился с Джорджем Дженни, изобретателем Ондиолина. Бросив медицинскую школу, Перри путешествовал по Европе, демонстрируя этого клавишного предка современного синтезатора. В возрасте 30 лет Перри переехал в Нью-Йорк, спонсируемый Кэрролом Братманом, который построил ему экспериментальную лабораторию и студию звукозаписи. Здесь он изобрел «новый процесс генерации ритмов с секвенциями и петлями», используя звуки окружающей среды в рамках конкретной музыки. С ножницами, лентой для склеивания и магнитофонами он проводил недели, соединяясь с уникальным комическим взглядом на будущее. Подружившись с Робертом Мугом, он стал одним из первых музыкантов Moog, создав «далеко выходящие за пределы электронные развлечения». В 1965 году Перри встретился с Гершоном Кингсли, бывшим сотрудником Джона Кейджа. Они создали два альбома для Vanguard: Perrey - Kingsley - The In Sound From Way Out! (1966) и Perrey & Kingsley - Kaleidoscopic Vibrations (1967). Они были одними из первых, создавших электронную музыку в поп-жанре, а их хиты - UFO и Swan`s Splashdown получили всемирную известность. Так как компьютеров тогда попросту не было, по их собственному замечанию, были израсходованы несколько километров магнитофонной плёнки для создания и монтажа спецэффектов. Perrey & Kingsley также сотрудничали в области звукового дизайна для рекламы на радио и телевидении.
Перри вернулся во Францию, сочиняя для телевидения, озвучивая балет и продолжая медицинские исследования терапевтических звуков для бессонниц. Некоторые из его композиций на библиотечных лейблах, таких как Editions Montparnasse 2000, зачисляются его дочери Pat Prilly. В интервью она говорит, что она не сочиняла как таковая музыку, но предоставляла ему идеи и вдохновение, когда он играл на органе. Для этого он дал ей это особенное признание.
Мы слушаем один из самых шедевральных его альбомов, как по звуку, так и музыкально.
Один из лучших library-альбомов для глубокой релаксации и сна.
Уникальная, темная и редкая, племенная, минимально-синтезаторная drone, транс, new age запись от таинственного Кано. Раньше он был выпущен как обскурная кассета еще в 1986 году, и в настоящее время он очень востребован. "Руны" гораздо более темные и задумчивые по сравнению с другими записями new age эпохи эпохи. Барабаны, металлофон, синтезаторы и многое другое ведут вас в глубокую внутреннюю поездку через влажные, холодные и туманные пещеры древних. "Руны" - напоминания о нашем древнем будущем. Они раскрывают послания мудрости, которые держатся глубоко в наших сердцах и сознании. Руны напоминают вам о забытом прошлом, открывая ваши мысли в Универсальный Разум. Архетипические рунические символы появляются по всей Земле как реликвии многих древних культур, включая индуистов и коренных американцев, но их первичное происхождение как орудия гадания чаще всего даются как нордические и германские. Их истинный источник, возможно, слишком древний и тайный, чтобы когда-либо знать с исторической определенностью. Музыка "Рун" имеет такую силу и красоту, что она может быть эффективной для побуждения состояний сознания, которые позволяют глубоко медитировать, направлять и транс. "Руны" - необыкновенный музыкальный опыт. Кано, подписанный как «trance музыкант из Колорадо» в оригинальном выпуске, был дон Кэмпбелл в реальной жизни, и кассета "Runes" была выпущена под его именем. Дон Кэмпбелл родился в 1946 году в Сан-Антонио, штат Техас, в Европе, изучая классическую музыку с легендарной Надей Буланже и Жаном Касадесусом в Консерватории Fountainebleu во Франции. Выпускник Университета Северного Техаса, он начал свою профессиональную карьеру в качестве музыкального критика и учителя в течение семи лет в Международной школе Святой Марии в Токио. За последние годы интерес Кэмпбелла к звуку, исцелению и образованию привел его к более чем сорока странам. Он исследовал и документировал роль и использование музыки в терапевтических условиях, психологии и образах, образовательных программах и современных и коренных духовных традициях. В 1988 году Кэмпбелл основал "Институт музыки, здоровья и образования", в котором был директором до 1995 года. Он также является автором 23 книг, некоторые из которых переведены на 24 языка. Кроме того, он выступал в качестве акустического и музыкального директора Aesthetics Audio Systems, инновационной компании, которая обеспечивает качественную музыку в медицинских учреждениях.
Carl Weingarten & Gale Ormiston – Windfalls, 1981 [Multiphase – WF-003]
Ещё один альбом соавторства Карла Вейнгартена и Гейла Ормистона, но в отличие от релиза 1981 года, на этот раз уже почему-то обозначенный в названии именно как детище дуэта (то есть, без участия Фила Неона, хотя его персона упоминается в описании к трекам как David Udell).
Gale Ormiston – Synthesizer (Pulse/Lead)
David Udell (он же Phil Neon) – Guitar, Lead Guitar, Celesta
Walter Whitney – Percussion, Synthesizer
Dominic Shaeffer – Incidental Saxophone
Carl Weingarten – Synthesizer, Guitar, Reverse Guitars, Tape Loop, Devices, Flute, Processing
Carl Weingarten / Gale Ormiston / Phil Neon – Submergings, a study in a sonic ambience, 1981 [Multiphase – SUB 001]
Погружения, исследование в звуковой среде - альбом, говорящий своим названием обо всем. Синтезаторные переливы, убаюкивающие волнами, зацикленные петли повторяющихся звуков, эхоизированные невнятные бормотания гитары и меланхолично-романтичные наигрыши на фоне тихого ветра и шума моря, достаточно динамичные электронные пассажи и перекрывающие звуковое полотно странные эффекты - всё это вводит нас в состояние полусна, унося куда-то на границы сознания и бессознательного.
Карл Вайнгартен - американский гитарист, фотограф и основатель независимого музыкального лейбла Multiphase Records. Рассматриваемый как «один из действительно великих инди-музыкантов, работающих сегодня» в San Francisco Chronicle, он наиболее известен своим атмосферным звуком и использованием слайд-гитары и Dobro. В течение почти 30 лет Вайнгартен сыграл значительную роль в прогрессивной андеграундной музыке, записав несколько сольных и совместных инструментальных альбомов и подписав на своем лейбле разных музыкантов. О других персонах, участвовавших в записи - нам не известно ничего, кроме того, что они были соратниками Вайнгартена по музыкальному цеху и создали совместно с ним два альбома.
Phil Neon – Guitar
Gale Ormiston – Synthesizer
Carl Weingarten – Voice Loops, Ocean Loops, Synthesizer, Guitar, Acoustic Guitar, Soundweaving, Loops
Tracklist
A1Layers In Sequence
Transitions (An Ambient Medley)
A2aSteps
A2bOcean I
A2cSong For Susan
A2dFragments On The Beach
A2eTranscendence
B1Jonah
B2Submergings
Monopoly Child Star Searchers – Make Mine, Macaw, 2018 [Pacific City – none]
"Новый альбом электронного проекта Спенсера Кларка, скрывающегося под псевдонимом Monopoly Child. Вяжущие электро-лоуфайные вибрации разбавленные архаичной этно эзотерикой."
Warren Sampson – Traveller, 2018 [Big Road Music – BRM03; Love All Day – LAD 016]
Единственная пластинка американского композитора и музыканта Уоррена Семпсона из Миннесоты. Собрание эмбиентных пьес для аналогового синтезатора и гитары, вдохновленных музыкой Brian Eno и Jon Hassell, и записанных им в собственной спальне в конце 70-х - середине 80-х годов. Лаконичный, выдержанный и мечтательный альбом, подобного которому не так часто встретишь.
На редкость красивый и душевный, замечательно подходящий для прослушивания в любой сезон, как летний, так и зимний, так и промежутками между ними.
Прогулка в задумчивых грезах и снах.
Love All Day: "Мы гордимся тем, что можем (повторно) внедрить в массы такую чудесную, наполненную человечностью работу. Мягкими кружевами навевая тонкую, затемняющую, кристаллическую красоту сумеречных северных мотивов с помощью скелетных гитар, ледяных тональных сигналов клавиатуры и медленно меняющихся дронов, Сэмпсон волшебным образом рисует огромную, открытую в отражении, найденном на замороженном листе, картину. «Путешественник» - странно устаревшая запись, очень сильно ожидающая своей очереди попадания в каталог среднезападного post-rock лейбла, такого как Kranky, будучи близким по духу многим из новых музыкантов, с которыми мы сотрудничаем в Love All Day, в то же время вспоминая своих современников, такие как K. Leimer или Marc Barreca (c лейбла Palace of Lights)".
Loren Nerell – Point Of Arrival, 1986/2012 [Forced Nostalgia – FN005]
Нерелл имеет богатый разнообразный музыкальный фон, в том числе исследования аналогового синтеза и микро-тональные техники Гарри Парча (Harry Partch), дополненные его исследованиями в области антропологии и этномузыковедения.
Используя студийные навыки в качестве звукорежиссера в Oberheim Electronics, вместе со своими мастерами, изучающими балийскую церемониальную музыку, Нерелл создал обволакивающий ритмический экспириенс с помощью участников Стива Роуча, Ричарда Бармера и Энн ДеЖарнет (Steve Roach, Richard Burmer, Ann DeJarnet). Из переплетенных трайбл-ритмических последовательностей открывающего ‘Eidolon’, альбом расширяется, чтобы охватить хоралы ‘Soundscape’ и машинный минимализм ‘Matrix’, вплоть до пышного снотворного синтезаторного заплыва ‘Growth’, задуманного при содействии Стива Роуча. Темы в духе Берлинской школы определяют возвращение в экспансивную киберделическую B-сторону ‘Waves of Time’. Полифонические ключи и симулированные небесные ветры несут нас по киберреальным топографиям, сопровождаемым воспеванием шаманов тогдашних продвинутых (теперь очаровательно вызывающих воспоминания) голо-зон ясных организованных сновидений. Это яркий взгляд на будущее, вновь имплантированного в настоящее время и очень рекомендуемого всем звуковым путешественникам.
«Синтезис Нерелла имеет два разных, но связанных стиля: быстрые ритмичные ритмы, напоминающие гамелан-музыку острова Бали и широкие дроны, которые он чередует и иногда сочетает. Стив Роуч и Ричард Бермер предоставляют дополнительные клавишные наигрышы». - Electronic Musician, Июль 1987
"Фрэнк Мастон написал лучший саундтрек к фильму, который не был создан.
Автор песен, продюсер, и теперь, глава лейбла, провел пять лет, работая над новым альбомом своего сольного проекта, заполнив дни в Нидерландах, сопровождая голландскую рок-звезду Якко Гарднера. Всегда желая жить за границей, Мастон переключился на эту возможность, ассимилировался в культуру и медленно отменял свой путь обратно к сочинению песен. Тюльпаны, выпущенные 27 октября на его собственном лейбле Phonoscope, являются документом времени, проведенного между двумя мирами. Вместо того, чтобы пытаться объединить свой опыт в Голландии с жизнью, которую он живет в Лос-Анджелесе, Мастон создал альбом, который не привязан к месту и не ограничен его кочевой жизнью. Вместо этого, Мастон потянулся за неиспользованным влиянием, особенно глубокими звуковыми дорожками французского и итальянского кино, чтобы помочь себе сформировать Тюльпаны. Результатом является технико-художественный тур, созданный невидимым в мире, но полностью воображаемым. На альбоме броских поп-хитов действительно выделяется именно эстетическая точность Maston."
-Will Schube
"Блеск Мастона заключается в его способности создавать кинематографическую вселенную только через музыку - ностальгическая гитара, смешивается со свистками и пыльными барабанами, чтобы создать что-то знакомое, но решительно неслыханное."
Тому, кто не знает, кто такой Brady Miller, нужно просто взять и послушать его музыку.
Я лично всегда говорю, что это - музыкальный гений наших дней.
Он бесподобен и ему нет равных.
То, что он пишет - это не музыка, это сверх-музыка. Слушая его аранжировки, можно сойти с ума от восторга. И его гениальности (закономерно для нашего времени?) противопоставляется его непопулярность. Но, как кажется, это объяснимо, поскольку Wovette - это проект, который несмотря на свою ультра-прогрессивность, остаётся очень камерным, и всё это вкупе и делает его сугубо элитарным в плане того, что к нему тянутся только самые "подходящие" слушатели. Даже не каждый эстет, не каждый "искатель". Хотя его творчество - это жемчужина жемчужин.
«Voices Of» - "полноценный" релиз, выпущенный после минималистичного «Steeple». Его можно ставить уже в один ряд с другими, записанными ранее.
Что-то говорить о нём - крайне сложно. Охарактеризовать его кратко можно словами "фантастически, потрясающе, ошеломительно". Креатив Брэйди Миллера безумно и невероятно прекрасен. Полностью свободный от рамок и восхищающий каждым идеально подобранным и спрограммированным звуком. "Границы" он ставит себе только сам, и каждый новый набор "границ", которые он преодолевает, потому что эволюционирует, - это новый законченный альбом. Запись поражает каждой секундой.
Его можно слушать и слушать и разбирать бесконечно.
В мире нет ни одного подобного ему артиста и никто не может повторить то, что делает он. И это отнюдь не громкие слова, а чистая правда и констатация факта.
К слову о классике. На альбоме всё же есть одна отсылка к пиано-стилю «Steeple», - "To Raise Below", - и это тоже замечательная пьеса, очень подходящая данному релизу и вносящая в его и без того широчайший спектр звучания небольшую каплю "классического настроения".
Эта музыка - развивает мышление. И освобождает его.
Полиритмия или "ритмическая эклектика" - о, просто бесконечно радует, и удивляет, что кто-то ВООБЩЕ делает это. Я стараюсь немного проявлять это сам - вы, например, можете услышать мои "интуитивные ритмы" в композиции «Мои Сны Об Африке», выкладывавшейся мной недавно В ней намеренно "не сходятся" ритмы бас-синтезатора, некоторых инструментов, ритмы перкуссий и шейкеров. Они определённым образом синхронизированы, и просто дополняют друг друга, делая нужные акценты. Я специально пишу так, потому что не люблю "понятные" ритмы, считая их излишне скучными и стандартизирующими восприятие. И мне нравится, что есть те, кто поступает так же нестандартно. Или даже ещё более. В наше время технологии позволяют делать что угодно, добиваться реализации любой сложности полёта мысли и фантазии, но этим мало кто пользуется или пользуется для создания чего-то, что снова будет втиснуто в какие-то узкие рамки. Наше мышление удерживает нас и позволяет делать лишь то, что привычно - в итоге, имея свободу, мы полностью увязаем в этом, и топчемся на месте. Клише, - понятные ритмы, понятные структуры, понятные мелодии. Всё предельно рационально. Здесь же рацио склоняется под напором своеобразности. Ему приходится попотеть, чтобы сообразить, как ему подобраться к пониманию того, что звучит. Ему буквально всё говорит: «хм, нет, дорогое рацио, тебе придётся самому проникать в это новое, а не как это у тебя принято, втягивать оное в себя и "ставить на полочку"».
Сначала может показаться, что ритмы просто беспорядочно наложены друг на друга, но они предельно выверены. Один медленный ритм слева, другой, быстрый - справа, третий изредка подыгрывает посередине. Часть партий ориентирована на один ритм, другая часть - на другой. Проходит 10 секунд, и всё это сменяет уже новый ритм, сбивая ваш внутренний "метроном" с толку. Затем ещё и ещё раз. Всё "сбивается" и сбивается и повторяется, конструируясь в абсолютно нелогичные на первый взгляд "фигуры". Они не нелогичны. Просто наше мышление не привыкло быть многогранным.
Эта музыка ломает стереотипы и привычную логику мышления в два счёта. В этом её главная заслуга, и если вы прислушаетесь к ней, а не откинете подальше, сказав "нет, это прекрасно, но чересчур сложно для меня. Нужно что-нибудь попроще", она поможет вам структурировать мышление по-новому. Не идите на поводу у привычного для мозга. Учитесь и развивайтесь. Музыка и творчество дана нам именно для этого - чтобы совершенствовать себя и идти вперёд, осваивая всё новые и новые вершины.
Божественный релиз, как и все остальные от Wovette.
Обязательно купите и поблагодарите музыканта за его труды и талант:
Минималистические, прогрессивные и экспериментальные композиции, исполненные на препарированном пианино. Бриллиант. Абсолютное мастерство и гениальность.
"Wovette - псевдоним калифорнийского музыканта Брейди Миллера, который сделал себе имя во многих группах, включая игрой на гитарах в Upsilon Acrux. Steeple - предпоследний альбом его сольного проекта, и он состоит из восемнадцати коротких композиций для акустического фортепиано. Кем это может быть сыграно в живую я не знаю, но сверхчеловек, который преуспеет в этом, вероятно, превратил бы свои сухожилия в нечто механическое. Это настолько невыполнимо, что я думаю, что эти пьесы можно сыграть только с помощью пианолы (самозарядного пианино) или, без усилий, с помощью виртуального инструмента. Но, сколько бы ни хотелось шутить, конечный результат - являет изящество и великолепие, которое редко встречается и ни с чем не может быть сравнено. Некоторые моменты даже устрашающе впечатляют, потому что подобное недоступно для любого человека, когда ливни высоких нот льются на нас дождём катастрофической красоты и увлекают нас, делая совершенно безмолвным. При этом, из данного, по-видимому, столь механического и бесчеловечного полотна, контуитививно исходит множество эмоций и мыслей, расходящихся сильными волнами меланхолии, страсти и изумления. Первые, минималистические моменты выдают гораздо более сложный и плотный интерьер. Тот факт, что так сильно вибрирует жизнь от этого синтезированного приношения, только подчеркивает заботу и деликатность, с которой оно было создано. Steeple, без сомнения, замечательный труд, который все вы должны услышать. Идеальное сочетание MIDI-технологий и современной классической музыки."
The Moog Machine – Switched-On Rock, 1969 [Columbia – CS 9921]
Дикие, отвязные и прекрасные композиции-хиты различных авторов, аранжированные и исполненные, как и на предыдущем альбоме, Аланом Фостом и Кеном Ашером.
Рождественские композиции-хиты, аранжированные Аланом Фостом (работал с такими легендарными лейблами как Columbia, Skye Records, Decca, и делал оркестровки для Кола Чейдера, The Accents, Барри Манилоу, Кларка Терри) и исполненные на синтезаторе MoogКеном Ашером - пианистом, клавишником аранжировщиком, продюсером, автором песен и композитором (помимо Муг Машины, он играл у Джона Леннона, Йоко Оно, Боба Сандерса, Бетт Мидлер и многих других).
Grapefruit – Some New-Age Bullshit, 2015 [Field Hymns – FH052]
Пластинка, к прослушиванию которой ещё не раз хочется вернуться, почему мы о ней и вспомнили сегодня - этот тёплый, космичный и ностальгический экзотик-краут своим умиротворяющим и праздничным настроением, как нам кажется, отлично подходит для нового года. Перкуссионные афро-ритмы, трогательные около-берлинские синтезаторы, гитарные space/psychedelic/около-surf- наигрыши. Очень хорошо и приятно прилечь, отдохнуть, забыться и послушать эту сказку. Редкая птица в краях нашего времени.
«Очень позитивная и солнечная пластинка от Charles Salas-Humara.
Завораживающий морской пейзаж, уходящий вдаль горизонт прошедшего лета.
Вернитесь ненадолго назад и вспомните все то, приятное, что с вами случилось этим летом. Эти волшебные мелодии помогут вам это сделать.» (E:\music\krautrock)
«Чарльз Салас-Хумара, вероятно, наиболее известный по своей работе с Джо Келли из 31 Knots, как Panther, в течение многих лет наслаждается созданием очаровательных пост-kosmische грувов, работая с такими лейблами, как Sloow Tapes, Constellation Tatsu, и Field Hymns под вывеской Grapefruit. Здесь он неспешно прогуливается в калейдоскопическом пространстве небесного фанка, фазированных цветов и интересных ритмов. С самого начала, Салас-Хумара выделяет чувственность, располагающуюся где-то между краут-синт шедеврами и менталитетом Мадчестерской сцены Некоторые моменты немного более минорны, например, такие, как “Holographic Universe”, но дублируются в арпеджиоризованном тоне с невнятной мелодией, медленно опускаясь в созерцательном свободном пространстве, дрейфуя в горячих вспышках эхо-света и мигающих аккордов. “Drift” выводит приглушенную симфонию кипящей перкуссии и изрядно покрытых эффектом дилэй гитар, выступая в качестве подходящей закрывающей сюиты рядом с короткой чисто клавишной композицией-красавицей, “Night Cult”.»
Сьюзан Чани и Кейтлин Орелия Смит синтезируют природу в проекте Sunergy. "Сьюзан Чани, одна из ранних пташек эры электронной музыки, стала настоящим первопроходцем синтезаторного звучания, записав ряд фундаментальных альбомов, заложивших основы жанра, и даже в своё время поработав над созданием звуковых эффектов для компаний вроде Coca-Cola и Atari. Её последний проект «Sunergy» – это плод совместного творчества с молодым композитором Кейтлин Орелией Смит (Kaitlyn Aurelia Smith), столь же ярой поклонницей синтезаторов Buchla. Концепция проекта состоит в попытке очеловечивания холодного синтезированного звучания.
Встреча двух энтузиастов синтезаторов Buchla произошла два года назад, на локальном публичном мероприятии в небольшом прибережном городке Болинас, что к северу от Сан-Франциско. Результатом неожиданной встречи адептов замысловатой аппаратуры Buchla стала исполненная символизма коллаборация «Sunergy», ранее на этой неделе изданная лейблом RVNG Intl. Пластинка ознаменовала преодоление пропасти между поколениями электронных музыкантов, нашедшее выход в едином медитативном потоке спаренных циклических ритмов солнца и моря.
«Sunergy» стала финальным аккордом в серии коллабораций между представителями различных поколений, инициированной бруклинским лейблом FRKWYS. В рамках этой же серии Роберт Айки Обри Лоу в паре с Ариэль Калма предприняли совместную попытку поразмышлять над природой электронного звука, а Стив Ганн и Майк Купер попытались разобраться в истоках меланхолии блюза. Чани и Смит дали выход своим разнящимся подходам к созданию музыки через синтезаторы Buchla (разработанные компанией Don Buchla, основанной в 1963 году в Беркли, в паре часов езды от Болинаса), что вылилось в синтезаторный перлокутивный акт, состоящий из переплетения гибких ритмических рисунков; поток акватических шумов, текущих по хаотическим желобкам поэтичности. Путешествие «Sunergy», задумывавшееся как своеобразная синт-одиссея, начинается и заканчивается в родном городе Чани и Смит, Болинасе. Небольшой городок послужил артистической колыбелью для обоих композиторов, и спустя годы вернувшись в него, для, кажется, предопределённой самой судьбой встречи.
Чани, живущая в Болинасе после переезда из Нью-Йорка в 1992 году, стала одним из первопроходцев электронной музыки, в 1970-ых годах со своим верным инструментом Buchla 200 открыв для многих слушателей, неравнодушных к новым веяниям, возможности синтезированного звучания; в тот же период она научила Филипа Гласса программировать свои первые синты. Смит же получила известность в последние годы благодаря мультиинструментальному и свободному по форме стилю исполнения на Buchla Music Easel. Её последний сольный альбом «EARS», в апреле этого года выпущенный лейблом Western Vinyl, совмещает в себе расплывчатую электронную основу, на которую наложены аранжировки деревянных духовых инструментов и вокальные обработки, что позволило Смит добиться живого, свободно меняющего свою форму звучания.
В 1990-ых годах Чани немного охладела к синтезаторам Buchla и вернулась к фортепиано, выпустив несколько альбомов в жанре неоклассики. Однако возрождение популярности экспериментальной электронной музыки в последние годы, вызвавшее у новых слушателей всплеск интереса к её ранним работам, вновь пробудило в ней страсть к электронике. «В моё время между исполнителем и публикой всегда находилась огромная пропасть. Слушатели даже не всегда понимали, что звук исходит из синтезатора на сцене. Сейчас же всё совсем по-другому. Я вспоминаю о том периоде, как о «тёмных веках» для электронной музыки».
По воспоминаниям Чани, в 70-ых люди часто спрашивали после выступлений, где она прячет свой проигрыватель. Видимо, не осознавая, что звук генерировался прямо на месте громоздким устройством, находившемся на сцене. «Тогда ещё не существовало ни сообществ электронных музыкантов, ни тем более субкультуры любителей подобной музыки. Сегодня дела обстоят иначе: нынешняя публика гораздо более подкована в технических вопросах, в большинстве своём имеет богатый слушательский опыт. Это открывает возможность диалога между исполнителем и аудиторией. Когда-то мне казалось, что я никогда не застану подобных перемен, и уж тем более не думала, что стану их инициатором. И развитие публики каким-то непостижимым образом совершенно прошло мимо меня. Ведь в те годы я переключилась на классическую музыку. Энди Вотель – директор лейбла Finders Keepers – настоял на переиздании моих ранних электронных работ, таким образом вернув меня к истокам».
Чани и Смит начали работу над проектом в тот период, когда композитор старшего поколения, недавно вернувшийся к своим электронным корням, всё ещё осваивался в современных синтезаторных технологиях, прошедших мимо неё во время увлечения классической музыкой. «Я готовилась к совместному туру с Энди Вотелем и Шоном Канти из Demdike Stare – в составе совместного проекта под названием Neotantrix – и попросила Кейтлин обучить меня азам работы в Ableton, так как ранее мне в этой программе работать не приходилось. Так она начала помогать мне в моей студии, и показала себя настоящим профессионалом. Оценив её навыки и профессионализм, я предложила ей работу над совместным проектом».
Однако, курс обучения работе в Ableton так и не был завершен до конца. В тот момент Чани было необходимо сосредоточиться на реставрации своего старенького Buchla для возвращения к живым выступлениям. Чани и Смит хорошо знакома капризность синтезаторов Buchla, и приведение его в рабочее состояние потребовало глубоких познаний в устройстве инструмента. В связи с этим Чани попросила Смит покопаться в её записях времен 70-ых, касающихся Buchla 200. Это были «старые рецепты» алгоритмов, которые Чани зафиксировала на бумаге для удобства дальнейшего их внесения в программу модульного синтезатора.
Чани создавала электронную музыку без помощи устройства внутренней памяти, введенного в синтезаторы Buchla лишь в 2000-ых, с появлением модели 200e. Осовремененная вариация древнего синтезатора позволяла сохранять настройки между музыкальными сессиями. «У меня было столько техник работы без внутренней памяти, и в итоге мне пришлось отказаться от них. Сотрудничество со Смит ознаменовало переход к синтезаторам с памятью, и для меня это означало смену наработанного подхода к написанию музыки. При наличии внутренней памяти появляется некоторого рода отправная точка. Можно задать любую базу композиции, и импровизировать, отталкиваясь от неё – но отправную точку задаёт именно память синтезатора».
Схожесть подходов композиторов к работе с Buchla сформировала технику написания Sunergy. Оба музыканта воспринимают синты, их звучание и особенности, как нечто совершенно материальное. По словам Чани, совместные музыкальные сессии напоминали работу с органическим материалом – синты совмещались естественно, словно при смешивании ингредиентов. Это привело Чани и Смит к идее подключить синтезаторы друг к другу, тем самым объединив обработку звука в них воедино. Это послужило отправной точкой написания всего альбома. «Синтезаторы находились бок о бок и дополняли друг друга, словно были связаны не кабелем, а пуповиной – вспоминает Чани. – Мы задали ритм, позволив движущей энергии секвенсоров толкать течение композиции вперёд, что послужило для нас отправной точкой для дальнейшего взаимодействия и импровизации».
Соединившись проводами в единую сущность и расположившись на берегу Тихого океана, два музыкальных виденья объединились в одно, чтобы с помощью интерфейсов модульных синтезаторов Buchla воссоздать проникнутый романтикой океанический пейзаж Болинаса, преобразовав его живописные виды в богатый звуковой ландшафт, а его беспрестанно ударяющиеся о берег волны в волны синтезаторного звука. Электронную музыку часто воспринимают как «холодную» и «бесчувственную», но «Sunergy» доказывает обратное: аппаратура служит своеобразной палитрой, на которой смешиваются краски личных, сентиментальных воспоминаний и чувственное переживание опыта единения с природой.
«Я живу в месте, где я при желании могу наблюдать за восходом солнца каждый день. Я просыпаюсь перед рассветом и жду его наступления, – рассказывает Чани. – Затем я сажусь за фортепиано и пытаюсь облечь в музыку эмоции от увиденной красоты. Но со временем я поняла, что это должна быть не фортепианная, а электронная музыка – течение электронной музыки представляет собой непрерывный и взаимосвязанный поток энергии, которого не достичь с помощью ударно-клавишных инструментов вроде фортепиано». Чани признает, что никогда не планировала работать над созданием композиции, имеющей столь личный для нее характер, в паре с кем-то ещё. «У меня никогда не возникало желания делиться с кем-либо своим переживанием рассвета. Но в итоге я сделала это. У нас получился по-настоящему солнечный альбом, излучающий энергию и оптимизм восхода».
Глубоко личный и реалистичный подход к созданию электронной музыки сквозит через многие наиболее значимые работы Чани. Так, в 1980 году она создала набор звуковых эффектов для пинбольного автомата Xenon. Это была не первая её работа в данной сфере – основав свою компанию в 1974 году, она успела поработать над созданием звуковых эффектов и музыкальных тем для Coca Cola, Atari, AT&T и других крупных компаний. Однако в случае в Xenon, ей была предоставлена относительная свобода действий. «У человека, игравшего автомат, должно было возникать ощущение, будто он сам является источником звука в игре. Все звуковые эффекты возникали в качестве реакции на те или иные действия игрока. Активируешь флипперы – звучит один звук, попадаешь в амортизатор – другой, и так далее. За счёт этого достигалась полная интерактивность процесса».
В игре даже можно услышать голос самой Чани. Её знойные охи и вздохи, раздающиеся в ответ на удачные попадания, стали первым женским озвучанием игры в истории. С тех пор она продолжала следовать принципу очеловечивания технологий, что в итоге и привело её к созданию «Sunergy». Подобный подход наблюдается на всех стадиях её музыкальной карьеры – от пышного великолепия дебютного альбома 1982 года «Seven Waves», до аскетически выдержанной клавишной трилогии «Pianissimo», навевающей ассоциации с творчеством японского композитора Рюити Сакамото. В этот раз Чани сочла, что одной лишь музыки окажется недостаточно для выражения всех стоящих за ней идей, в связи с чем на сеанс записи альбома был приглашен документалист Шон Хелфрич. Отснятый студийный материал сопровождается видами живописных пейзажей Болинаса, которыми Чани и Смит вдохновлялись при сочинении и импровизации.
Для Смит, визуальная составляющая – неотъемлемая часть любого творческого процесса, и потому документальный фильм стал естественным продолжением альбома. «Мир полон красоты, невыразимой с помощью слов, – рассуждает Смит. – И передать полноту моих ощущений при взгляде на побережье Болинаса сможет только наблюдение за его видами и одновременное прослушивание музыки, которая исходит напрямую из моего сердца».
«Энергия морской волны движется согласно заданной схеме. Она нарастает, достигает своего пика, разбивается о берег и утихает. Именно такой схеме мы следовали при создании альбома. Мы пытались передать это странное чувство умиротворения, овладевающее человеком при наблюдении за морем», – добавляет Чани."
